Профессор Румянцев Александр Шаликович, доктор медицинских наук, кафедра факультетской терапии Санкт-Петербургского государственного университета; кафедра пропедевтики внутренних болезней Первого Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени академика И.П. Павлова
199106, Санкт-Петербург, 21-я линия В.О., д. 8а197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6–8
Prof. Rumyantsev Alexander Shalikovich, MD, PhD, DMedSci, St. Petersburg State University, department of faculty therapy; Pavlov University, department of Propaedeutics of Internal Medicine
Филинюк Павел Юрьевич, кафедра факультетской терапии
199106, Санкт-Петербург, 21-я линия В.О., д. 8а
Filinyuk Pavel Yuryevich, MD, department of faculty therapy
Коростелева Наталья Юрьевна, кандидат медицинских наук, НИИ нефрологии
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6–8
Natalya Yu. Korosteleva, MD, PhD, Research Institute of Nephrology, senior researcher
Профессор Панина Ирина Юрьевна, доктор медицинских наук, кафедра пропедевтики внутренних болезней
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6–8
Prof. Irina Yu. Panina, MD, PhD, DMedSci, department of Propaedeutics of Internal Medicine
197022, L'va Tolstogo str. 6-8, Saint Petersburg
Резистентность к инсулину (ИР) определяют как нарушение биологического ответа на стимуляцию сердца, скелетных мышц, печени и жировой ткани. Причины формирования синдрома многообразны, а клиническая диагностика затруднена, так как нет общепринятого доступного теста для его определения. Для диагностики непосредственно ИР разработаны прямые и непрямые группы тестов. Сложность их выполнения в некоторых когортах пациентов привела к разработке ряда гликемических индексов. Однако пока не выработан консенсус относительно того, какой из них следует предпочесть.
ЦЕЛЬ: сравнить методы скрининга ИР в когорте пациентов на гемодиализе.
ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ. Обследованы 124 больных, из них 66 мужчин и 58 женщин в возрасте 57,6±13,6 года, получающих лечение ГД в течение 75,4±44,5 мес. Для скрининга ИР использовали модель гомеостаза глюкозы HOMA-1 и HOMA-2, индекс QUICKI и триглицериды/глюкоза (ТриГ).
При проведении непараметрического корреляционного анализа для концентрации в плазме инсулина натощак были выявлены статистически значимые взаимосвязи только у мужчин: с ИМТ (Rs=0,258; p=0,049), отношением окружности талии к росту (Rs=0,316; p=0,015), количеством пищевого белка (Rs=0,271; p=0,039), систолическим АД (Rs=0,308; p=0,018), диастолическим АД (Rs=0,290; p=0,027), уровнем С-реактивного белка (Rs=0,579; p=0,0001). У женщин статистически значимых корреляций не выявлено. Величина индекса Чарльсон, а также курение табака в настоящее время или в анамнезе на показатели инсулинорезистентности влияния не оказывали. По результатам логистического регрессионного анализа риск развития клинических проявлений атеросклеротического поражения любого сосудистого бассейна увеличивался в 4,5 раза (χ2=4,582; p=0,032) при ИР в модели HOMA-1 более 2,7 ед., однако, только у мужчин. Взаимосвязи других показателей ИР с атеросклерозом выявлено не было.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ. Сравнение суррогатных моделей ИР, с нашей точки зрения, позволяет выделить HOMA-1 и HOMA-2. Вероятно, для поперечных исследований целесообразно использовать первую из них, а для продольных – вторую.
Insulin resistance (IR) is defined as a violation of the biological response to stimulation of the heart, skeletal muscle, liver, and adipose tissue. The reasons for the formation of the syndrome are diverse, and clinical diagnosis is difficult since there is no generally accepted test available to determine it. For the diagnosis of IR directly and indirectly developed test groups. The complexity of their implementation in some cohorts of patients led to the development of a number of glycemic indices. However, no consensus has yet been reached on which one should be preferred.
THE AIM: to compare IR screening methods in a cohort of hemodialysis patients.
PATIENTS AND METHODS. 124 patients were examined, including 66 men and 58 women aged 57.6 ± 13.6 years, receiving HD treatment for 75.4 ± 44.5 months. For the screening of IR, the HOMA-1 and HOMA-2 glucose homeostasis model, QUICKI index, and triglycerides/glucose (TriH) were used.
RESULTS. When conducting a nonparametric correlation analysis for fasting insulin plasma concentrations, statistically significant relationships were revealed only in men: with BMI (Rs = 0.258 p = 0.049), waist circumference to height ratio (Rs = 0.316 p = 0.015), and amount of dietary protein (Rs = 0.271 p = 0.039), systolic blood pressure (Rs = 0.308 p = 0.018), diastolic blood pressure (Rs = 0.290 p = 0.027), C-reactive protein level (Rs = 0.579 p = 0.0001). In women, no statistically significant correlations were found. The value of the Charlson index, as well as tobacco smoking, currently or in the history of the indicators of insulin resistance had no effect. According to the results of logistic regression analysis, the risk of developing clinical manifestations of atherosclerotic lesions of any vascular pool increased by 4.5 times (χ2 = 4.582 p = 0.032) with IR in the HOMA-1 model of more than 2.7 units, however, only in men. The relationship of other indicators of IR with atherosclerosis was not identified.
CONCLUSION. A comparison of surrogate models of IR, from our point of view, allows us to distinguish HOMA-1 and HOMA-2. Probably, for the cross-sectional studies it is advisable to use the first of them, and for longitudinal – the second.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.