Доц. Яковенко Александр Александрович, канд. мед. наук, кафедры нефрологии и диализа
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6–8
Тел.: 8(952)3625464
Associate Prof. Alexander A. Yakovenko MD, PhD, Department of Nephrology and Dialysis
197022, St. Petersburg, 6-8 Lva Tolstogo str.
Tel.: 8(952)3625464
Доц. Лаврищева Юлия Владимировна, канд. мед. наук, кафедра факультетской терапии с клиникой
197341, Санкт-Петербург, ул. Аккуратова, д. 2
Тел.: 8(921)7901007
Associate Prof. Yulia V. Lavrishcheva MD, PhD, Department of Faculty Therapy with Clinic
197341, Saint Petersburg, Akkuratova str., 2
Tel.: 8(921)7901007
Проф. Румянцев Александр Шаликович, д-р мед. наук, кафедра пропедевтики внутренних болезней; медицинский институт, кафедра факультетской терапии
197022, Санкт-Петербург, ул. Льва Толстого, д. 6–8
199106 Санкт-Петербург, 21-я линия В.О., д. 8а
Тел.: +7(911)2677413
Prof. Alexander Sh. Rumyantsev MD, PhD, DMedSci, Department of Propaedeutics of Internal Diseases; Medical Institute, Department of Faculty Therapy
197022, St. Petersburg, 6-8 Lva Tolstogo str.
199106 Saint Petersburg, 21st line V. O., 8a
Phone: +7(911)2677413
ВВЕДЕНИЕ. Белково-энергетическая недостаточность (БЭН) является независимым предиктором заболеваемости и летальности у пациентов на гемодиализе (ГД). Среди дисгормональных нарушений, ассоциирующихся с ее развитием, особый интерес вызывает адипонектин (ADPN) – адипокин, обладающий позитивным влиянием на углеводный обмен и состояние скелетной мускулатуры. Однако терминальная стадия почечной недостаточности (тПН) характеризуется заметно повышенным уровнем ADPN в плазме в сочетании с повышенными рисками сердечно-сосудистых событий, активацией хронического низкоуровневого воспаления, высокой частотой БЭН и саркопении. ЦЕЛЬ: оценить взаимосвязь между уровнем ADPN в сыворотке крови с показателями БЭН у пациентов, получающих лечение ГД. ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ. Обследованы 645 пациентов, получающих лечение ГД (300 мужчин и 345 женщин), средний возраст – 56,8±12,8 года. Все пациенты получали лечение бикарбонатным ГД по стандартной схеме. Диагностику БЭН проводили в соответствии с рекомендациями ISRNM. Определение уровня ADPN в сыворотке крови проводили с использованием коммерческого набора «Adiponectin – ELISA» («Mediagnost», Германия). РЕЗУЛЬТАТЫ. Распространённость БЭН составила 24,9 %, половых различий не выявлено. Взаимосвязи с возрастом пациентов не выявлено, взаимосвязь с длительностью ГД высокодостоверна, однако, степень ее невелика (Rs=0,184, р=0,0001). Средняя концентрация ADPN в сыворотке крови у мужчин составила 7,8±2,7 нг/мл, у женщин – 10,6±3,3 нг/мл (p=0,0001), при этом у женщин повышенный уровень ADPN сыворотке крови встречался статистически значимо реже, чем у мужчин (63,19 и 79,33 % соответственно, χ2=27,533, р=0,006). У пациентов с повышенным уровнем ADPN сыворотки крови выявляли статистически значимо более низкие значения основных показателей нутриционного статуса. При проведении множественного пошагового регрессионного получена математическая модель, в соответствии с которой ADPN положительно взаимосвязан с объемом жировой ткани и отрицательно с альбумином сыворотки крови и массой скелетной мускулатуры, что ассоциировалось с увеличением вероятности развития БЭН, определенной методом ISRNM, в 1,5 раза (χ2=164,63, р=0,0001). Нулевую статистическую гипотезу об отсутствие различий и связей отвергали при p<0,05. ЗАКЛЮЧЕНИЕ. Повышение уровня ADPN у наших пациентов, вероятно, обусловлено комбинацией нескольких причин: увеличением продукции при развитии ожирения, снижением клиренса при тПН, развитием периферической резистентности рецепторов к ADPN. Парадоксальную, на первый взгляд, взаимосвязь между высоким уровнем ADPN и БЭН можно объяснить усилением его влияний в паравентрикулярном, дугообразном и латеральном ядрах гипоталамуса за счет активации AdipoR1, что ведет к снижению аппетита и повышению расхода энергии.
Protein-energy wasting (PEW) is an independent predictor of morbidity and mortality in hemodialysis (HD) patients. Among the dishormonal disorders associated with its development, adiponectin (ADPN), an adipokine with a positive effect on carbohydrate metabolism and skeletal muscle condition, is of particular interest. However, end-stage renal failure (ESRD) is char- acterized by markedly elevated plasma ADPN levels combined with increased risks of cardiovascular events, activation of chronic low-level inflammation, high incidence of BEN and sarcopenia. BACKGROUND: to evaluate the relationship between serum ADPN levels and BEN levels in patients receiving HD treatment. PATIENTS AND METHODS. 645 patients receiving HD treatment (300 men and 345 women) with an average age of 56.8±12.8 years were examined. All patients were treated with bicarbonate HD according to the standard scheme. The diagnosis of PEW was carried out in accordance with the ISRNM rec- ommendations. The level of ADPN in blood serum was determined using the commercial kit "Adiponectin – ELISA" (“Mediag- nost”, Germany). RESULTS. The prevalence of PEW was 24.9%, and no sex differences were found. There was no relationship with the age of patients, the relationship with the duration of HD is highly reliable, but its degree is low (Rs=0.184 p=0.0001). The average concentration of ADPN in the blood serum in men was 7.8±2.7 ng/ml, in women 10.6±3.3 ng/ml (p=0.0001), while in women, elevated serum ADPN levels were statistically significantly less common than in men (63.19% and 79.33%, respectively, χ2=27.533, p=0.006). In patients with elevated serum ADPN levels, statistically significantly lower values of the main indicators of nutritional status were detected. When conducting multiple stepwise regression, a mathematical model was obtained, according to which ADPN is positively correlated with the volume of adipose tissue and negatively with serum albu- min and skeletal muscle mass, which was associated with a 1.5-fold increase in the probability of developing BEN, determined by the ISRNM method (χ2=164.63, p=0.0001). The null statistical hypothesis of the absence of differences and connections was rejected at p<0.05. CONCLUSION. The increase in ADPN levels in our patients is probably due to a combination of several reasons: an increase in production with the development of obesity, a decrease in clearance with ESRD, and the development of peripheral ADPN receptor resistance. The paradoxical, at first glance, relationship between a high level of ADPN and BEN can be explained by an increase in its effects in the paraventricular, arcuate, and lateral nuclei of the hypothalamus due to activation of AdipoR1, which leads to a decrease in appetite and increased energy expenditure.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.